Иван Штыль: «Нас отстранили от Игр, а мы выиграли чемпионат мира и обыграли всех олимпийцев»

Зимняя Олимпиада в Милане в очередной раз доказала, что политика мёртвой хваткой вцепилась в профессиональный спорт. В последние годы наших чемпионов бойкотируют на, казалось бы, сугубо спортивных и нейтральных Олимпийских играх.

Запрет на российский флаг и гимн, отстранение наших участников под надуманными предлогами – всё это заставляет спросить: «А стоит ли сегодня российскому спортсмену участвовать в Олимпиаде?». Об этом и многом другом мы поговорили с 18-кратным чемпионом мира и бронзовым призёром Олимпийских игр по гребле на каноэ – Иваном Штылем.

Иван начал заниматься греблей в восемь лет в обычной секции Комсомольска-на-Амуре. В 1995-м его заметили на соревнованиях в Приморье и пригласили в училище олимпийского резерва. В 2003-м он впервые стал чемпионом мира, а в 2012-м взял бронзу на Олимпиаде в Лондоне. Сейчас на счету спортсмена 18 побед на чемпионатах мира, и он по-прежнему в сборной, продолжая представлять Россию на международной арене.

– Иван, вы в большом спорте уже четверть века. Что вас держит?

– Если быть точным, в сборной я уже 23 года. И знаете, с годами приходит странное чувство: выиграл первый раз – ты герой, второй – молодец, а к десятому всем кажется, что ты просто надоел. И дело тут не в количестве побед, а в том, зачем ты это делаешь. Для меня важно показать, что ребята с Дальнего Востока могут побеждать в большом спорте. 

В 2025-м мы поехали на чемпионат мира в Милан. А за год до этого нас не пустили на Олимпиаду в Париж. И вот какая штука получается: от Игр отстранили, а всех олимпийских чемпионов мы на том чемпионате мира обыграли. Публика и судьи были в шоке, особенно от меня – возрастного спортсмена. Их же специально настраивают против нас, рассказывают, что в России спорт развалился. А мы приезжаем и забираем всё золото.

– Кто ваши главные соперники сегодня? Какие страны лидируют в гребле?

– Сильнейшие представители – Китай, Венгрия, Германия, Россия, Украина, Беларусь и Новая Зеландия. И по инфраструктуре, и по подготовке эти страны всегда занимают лидирующие места. При этом гребля активно развивается сейчас в Южной Америке и США. 

Гребля сейчас мощно развивается в Южной Америке и США. Штаты готовятся к Олимпиаде-2028, собирают специалистов со всего мира. Многие наши ребята туда едут. Мы тоже без дела не сидим – в этом году будем выступать на Кубке мира в Венгрии, Германии и Канаде.

– Ну а теперь про Олимпиаду. Каким для вас был Лондон-2012? Что обычно остаётся за кадром?

– Я был на двух Олимпиадах. На одной – как участник, на другой – как почти участник. В Лондоне-2012 всё сложилось нормально, а вот в Рио-2016 меня в последний момент заменили другим спортсменом. Тут уже пошли какие-то спортивно-политические игры, и они сыграли не в мою пользу.

Потом передо мной даже извинялись – мол, поставили не на ту лошадку. А в последний раз, когда пытались отобраться, вообще всех сильнейших не допустили. Хотя мы прошли адский путь: выиграли лицензию, Кубок мира, чемпионат Европы. А в июле просто пришёл отказ. Никто из наших тогда на пьедестал не попал. Тем, у кого были лучшие результаты, закрыли дверь перед самым носом.

Для меня Олимпиада – как полететь в космос. Космонавты говорят, что полёт за пределы атмосферы меняет жизнь и мировоззрение. Так и Олимпиада когда-то сильно изменила меня. Представьте: весь мир в одном месте. Кто-то плачет, кто-то радуется, кто-то готовится. Нереальный букет эмоций.

Проживаешь с каждой страной главные моменты их жизни. А после Олимпиады понимаешь, почему даже титулованные чемпионы снова хотят вернуться. Вроде у человека все награды есть, а он всё равно рвётся в олимпийскую деревню.

– А что с условиями проживания? Как размещают олимпийцев?

– Тут всё от человека зависит. Для тех, кто привык к отелям, картонная койка – нонсенс. Другим не так важно. Я вот спал на обычной олимпийской кровати. Не всё ли равно, из чего кровать? Лишь бы не скрипела и можно было выспаться. Все страшилки про условия – слухи. Организаторам ведь нужно и бюджет сберечь, и инфраструктуру потом не забросить. Это нормально.

– Как вам Олимпиада сегодня? Сильно отличается от той, что была?

– Появились новые виды спорта, новые лидеры, новые страны. Раньше в каждом виде борьба шла между четырьмя-пятью командами, а теперь минимум десять претендуют на медали. Но Олимпиада – она и есть Олимпиада. Лучше ничего не придумали. Можно что-то добавлять, менять, но отказываться от неё нельзя. А заменять бессмысленно.

– Есть ли смысл российским спортсменам участвовать в Олимпиаде сегодня, учитывая все ограничения?

– Конечно, есть! Отказываться из-за ограничений – это слабость. Преодолеваешь преграды – доказываешь, что не трус. Бойкотируют нас, а слабыми выглядят они. 

– Давайте про наш регион. Как сейчас со спортом на Дальнем Востоке? Спортсменам из Владивостока сложнее пробиваться?

– Быть спортсменом на Дальнем Востоке и в Москве – огромная разница. Почти все соревнования проходят за Уралом. Нам и акклиматизация нужна, и билеты дороже. Сами посчитайте: сколько стоит вывезти команду из Приморья в Краснодар и из Подмосковья в том же направлении. Чтобы перестроиться, нам две недели надо. Разница во времени – 7 часов, и это 7 дней на адаптацию. В любом виде спорта так.

В регионе чаще стали проводить чемпионаты России. К нам едут спортсмены с Запада, а нам не надо никуда лететь, чтобы с ними тягаться. И главное – доступность спорта растёт. Площадки, оборудование – всё становится ближе к людям. Да и губернатор понимает, что спорт должен быть доступным, а не модным.

– Летняя Олимпиада в России не проводилась, пока вы выступали. Жалеете?

– Не жалею, но мечтать надо всегда. Даже если мечта кажется несбыточной. Я в 16 лет не думал, что стану олимпийским призёром и чемпионом мира. А стал. Так и с Олимпиадой: 40 лет у нас не было летних Игр, значит, скоро будут. Мечтаю, чтобы они прошли на Дальнем Востоке, на острове Русском. Инфраструктуру построим, остальное у нас есть. Мы же детские игры проводили. Почему Олимпиаде не быть? Это правильный вектор.

Фото: личный архив Ивана Штыля